Н Е О П У Б Л И К О М О Е

Стоп-кран

Такая смесь из книг и голых тел,
что не поймёшь кому и что оставить.
Тот, кто уехал, просто не успел
стереть на бело переписанную память…

Обратно

Тропа ведёт по косогору вниз,
но можно кубарем, сдирая в кровь лопатки.
Кабанов строит дом — принёс карниз,
но позабыл и гвозди, и перчатки…

Генеалогическое

Сергей Сергеевич Миздякин никогда особо не переживал по поводу своей фамилии. Хотя, как мы все понимаем, мог бы. Миздякины были рода не простого…

Сон в майскую ночь

Когда-то всё у них было хорошо. Они стояли на площадях, улицах, в парках. Причём, некоторые из этих объектов градостроительства и культуры даже носили их имена…

Пасхальная сказка

Фишманы жили в доме на шесть семей напротив церкви, но в неё не ходили. Семён был евреем, а Диляра крымской татаркой. Он работал в соседней области и уезжал туда в воскресенье вечером, около семи часов, а возвращался по пятницам, после обеда…

Завтра утром я сыграл бы тебе блюз

Завтра утром я сыграл бы тебе блюз.
Беда в том, что я не умею играть и петь. Поэтому я смеюсь.

И мой голос хрипит, как ржавая жесть
на ветру, на углу, на грозу.
Это такая мелкая и детская месть
за непролитую по мне слезу…

Дождь

А если дождь, то вырастет трава,
зелёная, но сразу до коленей
и вверх по ней, как капельки, слова,
геномы-переносчики сомнений…

О любви

Скажи, а много было у тебя мужчин?
Ну, знаешь — клином вышибают клин,
и, даже, если с вечера был clean,
с утра заходишь в нужный магазин…

Если верить

Если верить, а верить придётся,
отбивая поклоны в окно,
что мы были всегда инородцы
и толкли дерезу в толокно…

Ты

Да что ж война? Её воюют люди,
которые придуманы Тобой
и, если есть коллегия у судей,
то кто там совещается с толпой…

«Герой»

Слушай, девочка, я уехал!
Строить новые города,
резать ленточки, ставить вехи.
Там я буду герой труда…

Это будет во вторник

Это будет во вторник. Вот точно, во вторник.
В дверь постучат. Я вспомню: «Садовник!»

Но это вовсе не он.
Там будет стоять в трусах, пиджаке и с веслом
сэр Борис Джонсон.
Он скажет с британским прононсом…

Улыбнись, дура!

Мне так хотелось сказать:
«Улыбнись, дура!»
Когда ты улыбалась, у тебя проступала натура,
та, которой уже не делают больше.
Губы, растягиваясь, делались тоньше
и на них становились невидимы трещинки…

И вдруг ночью

И вдруг, ночью,

когда не видно звёзд из-за огней большого города,
не умолкающего вечно сигналящими машинами, визжащими скорыми, орущими детьми, ссорящимися соседями, собаками, лающими друг на друга и на людей, и ещё одной, воющей в доме напротив, как будто там кто-то умер, а проверить некому, лифтом…

Квітень

А вот, представь, что вычеркнут февраль
из всех возможных распорядков года
и небольшая, вроде бы, печаль —
кому нужна февральская погода…

Разбуди меня

Ты разбуди меня, если не будешь спать.
Если устанешь от книги, продолжающей врать.
Если замёрзнешь и не будет видно ни зги.
Или просто захочешь мне покрутить мозги…

Там, где ты

Там, где ты и твои друзья
нельзя:
— пить из горла
— дойти в полный рост до угла
— читать вслух Шекспира
— получить Нобелевскую премию мира…

О разном

Поговорим о разном,
и исключительно важном.
О тебе, обо мне,
о здоровье и прочей фигне.
О большом человеческом счастье. О страсти.
Вот, ещё о войне,
в нашей, в этой стране.
И ещё раз о страсти,
о власти…

Чистый лист

Да, надо было слушать не волхвов!
Они романтики, идущие по звёздам.
Им чем темней, тем меньше нужен кров,
над хлевом переложенный нахлёстом…

Воскресенье

По понедельникам, по понедельникам
Мне хочется прослыть бездельником.
Бродить в халате по пустынным этажам,
Читать газеты из столиц соседних стран.
По понедельникам, по понедельникам,
Я стать хочу твоим подельником.
Держать весь день тебя за руку
И даже стать твоей подругой…

Пятничный шаббат

Проснись, проснись! Твой пятничный Шабат.
Приходит время говорить о главном.
Смиря гордыню повторять стократ,
что вера в Бога не бывает плавной…

Жизнь в стране

Толкаю дверь с холодной медной ручкой —
пропахший пылью сумрачный подъезд
мне объявляет, что Оксана сучка,
а Витя производит то, что ест…

Черепахи

По земле, по самой из окраин,
мимо рек, полей, пустынь и гор
черепахи едут на трамвае
и ведут неспешный разговор…

Чьи-то кеды

Когда взойдёт фонарь над перекрёстком,
похожий на желток и на белок,
я возвращусь на пыльные подмостки —
день не прошёл, а мне не вышел срок…

В 5:30

Ночь, улица, фонарь, и есть аптека,
но все не вяжется. Нет человека
для неотложного звонка.
В 5:30 не поднимется рука…

Тавда

Смотри, как интересно, в поездах
нам варят чай из слез и расставаний
и станции, без света и названий,
оставлены народом впопыхах…

4:39

В доме напротив моют окно.
А у тебя темно.
На твоём стекле следы от высохших капель.
За спиной вздыхает собака…

Сказка. Зинаида Соломоновна.

Зинаида Соломоновна Гриншпан прислуживала в церкви давно. Туда её привела Мария Степановна, директор школы, где Зинаида Соломоновна работала учителем русского языка и литературы. Мария Степановна была женщиной суровой: бывший инструктор горкома партии, всегда в строгом костюме. А тут, когда партию отменили, стала набожной, крестилась и Зинаиду Соломоновну привлекла…

Здесь было всё

Здесь было всё. Пол, потолок и стены,
просторный эркер в полных три окна,
часы с кривой улыбкой Гуинплена
и странный стол зелёного сукна…

Смерть. Смерть Ивана Ильича.

Иван Ильич Телегин был обычным пенсионером семидесяти пяти лет. Всю жизнь он проработал рядовым бухгалтером в жилкомхозе в областном центре. Так что пенсия у него была, мягко говоря, небольшая…

Под фонарями

Ну, правой, если левая короче,
чеканя шаг и топоча как слон,
а до рассвета половина ночи
и не понять, куда притопчешь днём…

А как же мы

А как же мы? Забыты и оставлены,
но в комнатах разрушенных домов
сырые окна не закрыты ставнями
и форточки сквозят поверх голов…

Вапнярка

Уезжай. Проверены билеты.
Сложен чемодан и тюбик с пастой.
А столица Мальты Ла-Валетта,
там играют старики в канасту…

Литературная критика

Я внимательно прочёл первое предложение присланного Вами в нашу редакцию романа «Звёздная пыль».

Вы пишете: «Огромное красное Солнце вставало на Востоке»…

А без тебя пусто

— Привет.
Сколько лет.
— Зим больше.
Ты где?
— Вчера был в Польше.
А сегодня в Житомире.
— Катаешься по миру.
— По миру — это когда в рубище и с сумой.
А я по миру. Хотя босой…

Белое вино

Белое вино вызывает чёрные мысли.
Дело не в цвете, дело в его количестве.
В дело вступают нечётные числа.
Ноль семь, магнум, жеробоам и другие величества…

Не засыпай

А если мы уснём, то нас засыплет
сухим и мелким снегом, как песком
и день вчерашний превратится в тыкву,
а Дед Мороз утрётся париком…

Письмо Деду Морозу. 2021

Моя подруга Стелла сделала мне замечание, что в последнее время я всё чаще пишу грустные сказки. А на Новый год надо писать весёлые, подающие надежду. Мол, надежда умирает последней. Последней, но всё-таки умирает. Опять грустно…

Сказка, 18+

Жил-был один человек. Обычный вполне себе человек. Как все. Но была у него в жизни маленькая проблема. Его фамилия. Его звали Семён Нахуй. Нормальная, кстати, фамилия…

Улетают прочь

Все лица незнакомы. Все женщины милы.
Все празднуют победу, как будто бы с войны
вернулись генералы и большинство солдат
и завтра не в больницы, а строем на парад…

Снег

Князь Пётр Николаевич Обнорский очень не любил ездить на далёкие расстояния зимой. Тем более такой зимой. Снег шёл третью неделю кряду и засыпал, казалось, всю Правобережную Украину по самые соломенные стрехи крестьянских хат, превратив их в живописные сугробы, как на картинах молодого студента Императорской Академии художеств Юлия Клевера…

Другие берега

Другие берега, другие города.
Другие женщины не ждут, но провожают.
Но вовсе нет еще вернувшихся сюда.
По крайней мере, я таких не знаю…

А я не пел

А я не пел. Ни голоса, ни слуха.
Посвистывал, фальшивя, «Соловья»
и, исподлобья, лысая старуха
из форточки смотрела на меня…

Мы не одни

Туман, туман.
Над городом парит подъёмный кран
Невидим. Но мигают красным лампы,
над серым, так похожим на эстампы…

Не просто так

Да нет, не пьянствовать, а так любить друг друга, как любят братья, не как сёстры —

там сложнее.

А так, чтоб не нужна была железная кольчуга, и тысячи застёжек против сердца…

Живу и сплю

Живу и сплю в предчувствии зимы.
Окно открыто и под утро зябко.
По лестнице спускаются слоны,
тихонечко, практически украдкой…

Кассета МК-90

Кассета МК-90.
Всё без затей.
Вставляешь в правую шахту и нажимаешь «Плэй».
Сначала треск, смех, потом голоса.
И странный шум, как будто возле микрофона оса…

МалышЪ

Кто ты, малышЪ, и зачем тебе спички в портфеле?
Камо грядеши и где будет нынче гореть?
Спрячутся те, что бежать от тебя не успели —
слышишь тревогу играет над городом медь…

Ебени

В деревне Ебени горят огни —
не отключили свет за неуплату.
Такие, сука, длинные нули,
что не хватает слов, хватает мата…

Уснувший

Уснувшего просили не будить.
На лапы у собак надели тапки
и приказали долго-долго жить
и, даже, в относительном достатке…

Сара Бернар — 3

Помнишь, я рассказывал тебе о пинчере, Саре Бернар?
Её хозяйка любила французский нуар,
брют, шоколад, но молочный.
И, говорила, что меня. Среди прочих…

Дед Пихто

Лежу на парковой скамейке —
мне давят доски и пальто —
смотрю как гуси, по линейке,
летят на запад. Дед Пихто…

Вена

В Вене венцы и Венеры.
В Вене пафоса без меры.
Пахнет остро лошадьми
и австрийскими людьми…

В нашей школе

В нашей школе есть ночная смена.
Там собрались те, кого не жаль.
Кто не курит — море по колено,
кто закурит — от колена сталь…

Мои грачи

Мои грачи отличны от других.
Они в просторных золотых одеждах.
Целуя по утрам своих грачих,
они не подают чужим надежды…

Мне жаль

Мне жаль, мне жаль, что время прохудилось и, памяти запутывая след,

не уповает на господню милость, съедая годы с солью на обед…

Сука Сара Бернар — 2

Помнишь, я рассказывал тебе о Саре Бернар?
Маленькой злобной суке пинчера, не пекинеса?
Она лаяла на птиц и рвалась с поводка, как на пожар,
а мы с тобой только что вышли из серого леса…

Если утро проснётся

Если утро проснётся и уйдёт за границу,
станут петь по привычке идиоты и птицы
о любви и разлуке, о еде и о смерти,
охуенно красиво — безголосые черти…

Что тебе?

Что тебе? Билет на автобус?
Схему метро Москвы с пометками на английском?
Помятый на Австралии глобус?
Остановку по требованию под Минском?..

Куда идёшь?

До вторника дожить как до Голгофы,
встречая незнакомых по пути,
ещё живых, ещё до катастрофы
и с ними чушь прекрасную нести…

Не пронесло

Я думал пронесёт. Не пронесло.
На зиму забивают в долгий ящик.
Гребчиха сложит длинное весло
и пионер опустит горн трубящий…

В тени олив

Он молчалив.
Сидит в тени олив
и отрицает формулу любого,
кто утверждает — первым было слово.
А если да, то слово было Б-г…

Её глаза

Что скажешь, милый потерпевший,
уставший от щедрот зимы,
ты, очень рано поседевший,
чьи многоточия мертвы?..

Темно и сыро

Темно и сыро. Сыро и темно.
Поэтому в гостинице нельзя открыть окно,
а вовсе не из-за готовых прыгнуть.
Нет подоконника. Босые ноги стынут…

Мой поезд

Когда мой поезд проедет через границу,
досмотрев чемоданы и выкинув груз на перрон,
они, хмуря свои пограничные лица,
заорут во все рации: «Держи его, это он!»
Я прыгну из двери вагонного тамбура…

Накипело

Господи, да как же накипело.
Не отмыть, не отколоть ножом.
Тяжело быть инородным телом —
на стене повешенным ружьём…

Пустынный такыр

Мои сны очень похожи на пустынный такыр,
с трещинами пересохшего времени,
а в каждой такой трещине свой, особенный мир —
с муравьями, змеями, сухим семенем…

Простое

Приснилась ночь. Приснится же такое,
такое страшное и тёмное. Ночное.
Так хочется скорей открыть глаза
и убедиться — неба бирюза…

Кошки серы

Всё не вовремя. Всё не в масть.
Ночью день и все кошки серы.
Коготок увяз — не пропасть,
а за пропастью староверы…

Об Одессе

Зимой в Одессе холодно и пусто.
Играет ветер в фантики газет.
Зимой в Одессе жить почти искусство,
которого важнее вовсе нет…

Море

Когда Солнце спускается в воду,
то у рыб начинается день
и ракушки жемчужной породы
ищут срочно подводную тень…

Побеждать

Тебя учили побеждать.
Блядь.
Да лучше бы учили выживать
в условиях, похожих на войну,
а то никак я не пойму
за что и кто, в какую сторонУ
бежать, стрелять, придерживать суму,
беречь патроны, материться в голос…

Если буду читать тебе стихи

Если буду читать тебе стихи, то мои любимые.
Это значит не свои, а чужие, красивые и не длинные.

И только такие, от которых у меня захватывает дух.
А ещё у пары старых друзей и почти всех общих подруг…

Моя соседка

Посмотри рано утром соседке напротив в окно.
Она сушит в ванной феном мокрые чёрные волосы.
Она чувствует, что ты «большой брат» за стеклом,
а у неё присутствуют тонкие незагорелые полосы…

Мох

На мне, как на дереве, мох растёт с северной стороны.
Он сверкает тёмно-зелёным, отражая переменные фазы Луны
и покрывает буквы, вырезанные тупым перочинным ножом
на местах, заживших от колотых ран и небольших гематом…